Сколько себя помнит Жанна Ильинична Васильева — ножницы, нитки, иголки сопровождали ее всю жизнь. Когда американские кинозвезды, пройдя красную дорожку, поднимают над головой киношный «Оскар», некоторые из них, если не большинство, говорят: “… своим успехом в жизни я обязан(а) своим родным, своим родителям”. Так говорит и она.
У нее красивые и добрые черты лица, черные, как смоль, волосы. Спасибо отцу и матери, что совместили чувашские гены с белорусской кровью в этой удивительной женщине. Папа родом из Чувашии, столицы ее — Чебоксар, служил срочную службу в г. Лиде, где познакомился с мамой Жанны — Марией Константиновной. Так и остался в соседнем Ивье навсегда. Проработал водителем всю жизнь, яркую, но не долгую. Шоферил в электросетях, потребкооперации. Он возил по Ивью и району хлеб, и когда машина останавливалась возле дома, детям разрешалось открыть дверцы и посмотреть на лотки, насладиться запахом свежеиспеченного хлеба. Этот запах хлеба помнится ей и сегодня. Того хлеба, который стоил четырнадцать-восемнадцать копеек.
Дети остались в раннем возрасте без отца. Папа умер в 1977 году. Когда его хоронили, все водители автоколонны прощальными сиренами проводили из земной жизни. Как прощальный салют — те звуки клаксонов.
Осталась мать с тремя детьми: Жанне, среднему ребенку, было одиннадцать, а брату Андрею — и вовсе шесть.
Старший брат Виталий, который закончил истфак БГУ, сейчас работает в сморгонском горгазе. Что удивительно, профессию швеи-закройщицы Жанна выбрала во многом под влиянием брата, который в школьные годы активно занимался спор-том и спортивную одежду шил не только для себя, но и друзьям кроил и моделировал собственноручно. В его «адидас» была одета спортивная элита школы, полоски к тренировочным костюмам были сделаны от кутюрье Васильева.
Характеризуя старшего брата, Жанна нашла очень емкую формулу: «Спокоен, как удав».
В послевоенные годы на волне репатриации брат матери Антон выехал вначале в Польшу, а затем обосновался в Нью-Йорке. Стал известным портным. Где-то в семидесятые, уже на седьмом месяце беременности, мама с Виталием побывали в Нью-Йорке. Из рассказов об этой поездке запомнилось нашей героине то, что брат подрался с неграми. Не подвел своих учителей ни в плане идеологии, ни физически. Но самое главное — несмотря на прессинг американских властей, соблазнявших маму остаться в США, она этого не сделала. В Америку полетела в феврале, а вернувшись домой, в апреле родила сына Андрея. Судьба у брата была яркая — но трагичная. Мог собрать и разобрать автомашину, компьютер, организовал один из первых в Ивье компьютерный клуб с бильярдом. Подвело сердце — остановилось в возрасте тридцати четырех лет. Эти ранние смерти не могли не сказаться на жизни близких. На философии жизни.
Она молится за них. За родителей, предков, брата.
Папиных родителей Жанна не помнит. А мамины были крепкими крестьянами, искоса на них посматривали и могли даже обозвать кулаками. Прожили долгую жизнь. По рассказам помнит эпизод, когда забрали у деда ивьевские комбедовцы двух коней. И дед, принимавший когда-то роды жеребенка, стал свидетелем истязания своей лошади в колхозе, когда от непосильного труда та упала в колею и скончалась прямо на поле.
В детстве у Жанны было свое «заповедное» место — в д. Галеново, где старое русло Немана, где буйствует природа красками и ныне. Оттуда родители матери. Дед имел золотые руки, создал столярню под открытым небом, мастерил возы, дуги, лошадиную упряжь, кое-что продавал на базаре, мастерил сельхозинвентарь для добрых людей. Сани делал такие, что Дед Мороз с открыток позавидовал бы.
Красивейшие дубы и вязы росли на дедовой усадьбе, колыханье их листьев убаюкивало и умиротворяло в сложные минуты жизни. Дед был крепким физически, мог поднять двухсотлитровую бочку с водой, дожил до 96 лет. В рацион его ежедневно входили чугунок кофе, бутылка некрепкого домашнего вина и белый батон хлеба. Благодаря предкам своим училась понимать и любить природу и людей. Любить свою страну.
Покупал детворе гостинцы. Да и деду внуки везли гостинцы из Ивья, привезут дедушке конфет, а тот им в «обмен» — мешок лесных орехов. Не сказка ли это из детства!? Было, значит — быль, не сказка. Большим счастьем было еще для четырехлетней девочки встать затемно, часа в четыре, коров пасти.
Дом деда, к несчастью, сгорел полностью, дотла, когда никого не было. Но пережили и это несчастье.
Очень хотела, чтобы внучка стала швеей, портнихой мамина мама — бабушка Эмилия. С чего бы? Скорее всего — хотела исполнить мечту своей жизни. Наверное, обладала даром предвидения — швея из Жанны состоялась — любо-дорого!
Мама, Мария Константиновна, ушла из жизни два года назад. Она успела понянчить четверых внуков. И главное — поднять на ноги троих детей. Запомнились ее слова: «Если бы не вы, мои дети, сама бы я не справилась». Справилась. Смогла. Выдержала. Мама всю жизнь проработала продавцом в ивьевских магазинах, в старом универмаге, где ныне ЗАГС, в отделе «Детский мир», где продавались игрушки, школьные тетрадки, куклы в модных платьицах того времени. По субботам садик не работал, и маленькой Жанне приходилось часто бывать с мамой в магазине. Маленькой, до пяти лет, устраивала «вэрхал» на витринах, позже помогала маме наводить порядок и гармонию среди мира детских товаров. Наверное, хотелось обновить тогда куклам наряды и сшить что-то типа воздушного платьица, как у куклы Барби, которое она профессионально оценит значительно позже.
Классным руководителем у Жанны в Ивьевской школе была Александра Серафимовна Бессараб. Человек-легенда. И другие учителя тех лет в памяти — все до одного.
Жанна Ильинична закончила 74-е Гродненское училище бытового обслуживания, получив специальность закройщика. Она более тридцати лет в профессии. Лет десять еще чувствовала себя ученицей, постигала секреты мастерства. В этом ей помогали такие люди, как Дагиль, Букато, Ляховская, которые швейные хитрости переняли от своих предков. Можно вспомнить времена, когда в системе бытового обслуживания трудились только в Ивье более ста человек, швей-закройщиц было немало. Сейчас ситуация другая.
Вот уже несколько месяцев Жанна Ильинична Васильева является индивидуальным предпринимателем. Платит налоги. Держит высокую планку качества оказываемых услуг. У нее много клиентов.
Она всем довольна. Сама купила дорогостоящее оборудование для работы. У нее много конкурентов, как среди тех, кто честно платит налоги, так и среди «нелегалов». Но таких как она — по опыту, знаниям, качеству услуг — единицы.
У Жанны Васильевой своя клиентура. Вначале ты работаешь на имя, а потом — оно на тебя. За плечами — более тридцати лет безукоризненной работы закройщицы. Там, где когда-то была парикмахерская, сейчас ее офис.
Жанна Васильева — очень скромный и отзывчивый человек. Уговорить ее пообщаться с журналистом было не то что непросто, а очень и очень сложно.
Она любит свою работу. Может, проснувшись, набросать какую-то профессиональную мысль на бумаге, чтобы воплотить ее потом в жизни.
В данной зарисовке не ставилось целью показать трудности и проблемы малого бизнеса. Если клиент доверяет мастеру, неважно, где тот трудится — в ОАО или другой структуре.
А то, что Жанна Ильинична мастер — в Ивье знают все.
В. ПОБОЛЬ.
Фото С. ЗЕНКЕВИЧА.
