Можно ли записывать на диктофон лекции, уроки, разговоры на переменах или это нарушает Закон о защите персональных данных? Эту тему разобрали в эфире ОНТ в новом выпуске проекта «Всё понятно с Мариной Караман».
Поводом для дискуссии стала ситуация, о которой говорили не только в СМИ, но и дома на кухне. Белорусская школьница записывала на диктофон разговоры одноклассников и учителей. Ее мама вела запись родительских собраний, а потом она передавала полученные аудиофайлы в администрацию школы, чтобы пожаловаться на педагогов, детей и их родителей. В дело пришлось вмешаться специалистам по защите персональных данных и провести с женщиной разъяснительную беседу.
Чтобы другие граждане не последовали этому примеру, на белорусском телевидении разобрали нюансы и возможные последствия такого поступка. Ведущая программы Марина Караман обратила внимание белорусов: персональные данные – это любая информация, которая позволяет идентифицировать человека. К ним относится и аудиозапись голоса.
– Согласно букве закона, голос – это персональные данные. Запись голоса – это сбор и обработка персональных данных. Публикация в сети – распространение. Пересылка в какой-то чат (или в рассматриваемом случае руководству школы) – это предоставление чужих персональных данных третьим лицам, – пояснила Марина Караман.
Она уточнила: если голос, записанный без согласия человека, «слил» оператор – вопрос регулирует Закон о защите персональных данных, если частное лицо – Закон об информации, информатизации и защите информации.
Операторы персональных данных – это организации, которые обрабатывают и хранят сведения о гражданах для достижения заранее заявленных законных целей. То есть работодатели, загсы, исполкомы, банки, милиция, школы, университеты, больницы, торговые сети собирают, обрабатывают и хранят наши личные данные.
– Когда одна мама втихаря на собрании записывает голоса других мам, она обрабатывает чужие персональные данные, как физлицо. Когда пересылает записи руководству школы – предоставляет чужие данные ограниченному кругу лиц. Потому ей можно предъявить нарушение требований статьи 18 Закона об информации, информатизации и защите информации. За такие действия можно попасть под суд по ст. 23.7 КоАП «Нарушение законодательства о защите персональных данных», – разобрали поступок женщины в эфире ОНТ.
К слову, за умышленные незаконные сбор, обработку, хранение или предоставление персональных данных физического лица либо нарушение его прав, связанных с обработкой персональных данных, ст. 23.7 КоАП влечет наложение штрафа в размере до 50 базовых величин.
Если распространение личной информации нанесло человеку серьезный ущерб, это уже уголовная статья 203–1 «Незаконные действия в отношении информации о частной жизни и персональных данных». Данная статья УК РБ за умышленные незаконные сбор, предоставление информации о частной жизни и (или) персональных данных другого лица без его согласия, повлекшие причинение существенного вреда правам, свободам и законным интересам гражданина, предусматривает наказание в виде общественных работ, или штрафа, или ареста, или ограничения свободы на срок до двух лет, или лишения свободы на тот же срок.
– Для того, чтобы сгенерировать фейковые послания с чьим-то голосом, нейросети нужна запись оригинала продолжительностью всего 20 секунд. Голос ребенка попадает в интернет, а через неделю его бабушке приходит звуковое сообщение, где он просит помощи или денег. Голос одной из мам могут использовать для поддельного распоряжения, в котором она приказывает подчиненным перевести все средства предприятия на безопасный счет, – предупреждает Марина Караман.
Она констатировала: в поисках голосовых образцов хакеры роют землю – даже вклиниваются в телефонные разговоры, чтобы записать хотя бы пару фраз. Потом выдергивают нужные словосочетания, достраивают их с помощью искусственного интеллекта и получают сообщения для развода людей на деньги. Вот чем может обернуться запись и распространение чужого голоса.
А если ребенок хочет записать урок?
По словам ведущей программы, урок – не публичное мероприятие, где один говорит, а остальные слушают. Урок – это живое пространство, где учитель выстраивает диалог с детьми через импровизацию.
– Да, он опирается на утвержденные методики и точные данные, но пространство для передачи этих данных он формирует экспромтом, потому что дети разные. Их не впихнешь в железные рамки повествования. А импровизация – это проба новых форматов. Паузы, эмоции и личные суждения – через них выстраивается архитектура доверия и формируется главное условие общения – взаимное уважение между учителем и классом, – подчеркнула Марина Караман.
По ее мнению, скрытый диктофон превращает наставника в подопытного, диалог – в допрос. С искренностью педагога играют, и это игра без правил. Потому что из любого диалога можно вырезать фрагмент, который вне контекста скомпрометирует говорящего.
– Урок – это творческая мастерская. Чтобы в ней царило взаимное уважение, у всех участников процесса должно быть право на ошибку. О каком уважении может идти речь, если слова наставника ради забавы распространяются в искаженном контексте? – задается вопросом ведущая программы.
Мария Караман советует: если школьник или студент хочет записать материал урока, достаточно просто попросить согласие педагога на запись. Возможно он разрешит включить диктофон, но сможет сам решить: ужесточать ему самоконтроль или нет. В противном случае распространение записи голоса будет нарушением закона.
1prof.by
