Жуткая трагедия в годы оккупации Ивьевского района немецко-фашистскими захватчиками произошла на территории Лелюкинского сельсовета. В районе деревни Песевичи был расстрелян цыганский табор. Об этом почти тридцать лет назад была небольшая публикация на страницах районки. Более детально изучить страшные события того времени попытался учитель истории и обществоведения Лелюкинской средней школы, краевед Андрей Волчок.
– Для более детального изучения тех событий и получения новой информации были опрошены жители деревень Песевичи и Лежневичи, а также проведены полевые исследования окрестностей деревни Песевичи. Учитывая полученные данные, а также материал статьи в газете, нами сделана попытка подробно восстановить события тех трагических дней, – рассказывает краевед.
Итак. Еще задолго до войны каждый год на несколько месяцев недалеко от хутора Мунцевичи, около деревни Песевичи, на постой становился цыганский табор. Цыгане разбивали свои походные шатры вблизи дороги Лежневичи – Песевичи, рядом с небольшим озерцом и лугом, куда водили поить и пастись своих коней.
Все в округе к ним привыкли. Местные жители приходили посмотреть на красивые цыганские палатки и на добротную конскую упряжь, которая на удивление сельских жителей вся была сделана из кожи. Детвора прибегала к табору поиграть и посидеть около костра. Днем цыгане приходили в деревню за водой, иногда приносили разные вещи и обменивали их на продукты. За все годы, что цыгане останавливались здесь на постой, ни у кого из деревни ничего не пропало.
В 1941 году цыгане стали табором на прежнем месте и занимались своими обычными делами. Всего в таборе их было около 70 человек. Стояла уже поздняя осень. За день до трагедии, вечером у костра мужчины и женщины пели песню про урожай: «Курочки клюют…».
На следующий день, ближе к вечеру, к табору подъехало несколько грузовых машин с немцами и полицаями, которые оцепили территорию и начали сгонять цыган в одно место, предварительно разделив их на несколько групп. Затем приказали им всем раздеться и после этого начали расстреливать безоружных и онемевших от ужаса невинных людей.
В это время две цыганские женщины с детьми находились в деревне Песевичи. Местные жители их предупредили, чтобы они не возвращались назад в табор, потому что их там тоже расстреляют. Но они не послушали и ушли к назад к своим родным, ушли навстречу смерти…
Трем мужчинам все же удалось убежать. Один из них был ранен в живот, сумел дойти до кладбища в деревне Козевичи, где умер прямо в каплице. Был похоронен на кладбище, но могила не сохранилась. О судьбе двух других ничего не известно.
Закончив свое кровавое дело, изверги собрали все вещи цыган, погрузили их на машины и уехали в гарнизон, расположенный в деревне Бакшты.
На следующий день местному старосте было приказано собрать людей и похоронить убитых. Хоронили по отдельности: мужчины, женщины и дети, всего было 8 могил. Через несколько дней на могилы пришла собака из табора: легла и выла. Это было жуткое вытье-страданье. Один из местных жителей забрал ее к себе домой, но она прибегала назад, ложилась у могил и скулила. Позже кто-то поставил на могилах небольшие деревянные крестики. После войны несколько раз на могилы приезжали цыгане.
Одной из причин кровавой расправы над цыганским табором местные жители называют пропажу коня на одном из близлежащих хуторов, что, возможно, и стало поводом для уничтожения мирного населения. Но на сегодняшний день это доподлинно не установлено.
С помощью местных жителей деревень Лежневичи и Песевичи Андрея Ивановича Михальского и Иосифа Иосифовича Лобача было установлено место захоронения расстрелянных цыган…
Житель д. Песевичи И. Лобач указывает место захоронения расстрелянного мирного населения
– Репрессивный механизм уничтожения цыган был варварски жестоким и циничным – от стерилизации до массовых расстрелов на оккупированных территориях и истребления в печах крематориев, – рассказывает Андрей Волчок. – К примеру, принудительная процедура так называемой «стерилизации» была не только унизительной, но и лишавшей шанса молодое поколение цыган иметь продолжение рода. Методика издевательств была до мелочей отработана доктором Робертом Риттером и его подручной Евой Юстин. Первые жертвы из числа молодых девушек были «прооперированны» в конце 30-х годов прошлого века. Одна из гражданок Польши, вывезенная на принудительную работу в Восточную Пруссию, свидетельствовала, как в больницу привезли молодых цыгана и двух цыганок 18 и 14 лет. После врачебных истязаний они навсегда остались бездетными. В концлагере Освенцим, на территории которого находился отдельный барак для цыган, подобные опыты проводил доктор-садист Иозеф Менгеле. По воспоминаниям бывших узников, в женском концлагере Равенсбрюк нацистские врачи стерилизовали 120 девочек-цыганок. Советская авиация в 1945 году наносила сокрушительные удары по Берлину, больницы города ломились от раненых гитлеровцев, а малолетних немецких цыганок по-прежнему отлавливали и везли сюда на стерилизацию. Из-за небрежного отношения многие из девочек не переносили издевательств и в страшных муках умирали.
В славянских и прибалтийских странах цыган начали расстреливать задолго до того, как было принято решение о ликвидации собственно немецкой цыганской диаспоры. Еще весной 1941 года были созданы специальные карательные отряды (Einsatzgruppen), в задачи которых входили убийства цыган. Помимо профессиональных карателей, эсэсовцев и полиции, соучастниками массовых убийств были лица из числа местного населения. Польские, украинские, сербские, а также другие националисты не только включались в карательные акции, но и совершили немало зверств по собственной инициативе.
Зарубежные исследователи считают, что за годы оккупации на территории СССР было расстреляно и замучено не менее тридцати тысяч цыган. Вряд ли это полные цифры, ведь немецкая документация не отражает реальности. Например, по отчетам карательного отряда из группы армий «Центр», число убитых цыган составляло 78 человек, между тем как только под Смоленском их было расстреляно несколько тысяч. Возможно, это результат чистки архивов накануне поражения. Однако, даже если бы документация концлагерей и карательных отрядов сохранилась полностью, это не внесло бы окончательной ясности. Существует множество свидетельств (в том числе исходящих от немецких генералов), что кочующие таборы расстреливали по собственной инициативе даже рядовые солдаты — каждый из них знал о полной безнаказанности и упивался своей властью над беззащитными цыганами. Материалы из советских архивов тоже не могут пролить свет на то, что творилось на оккупированных территориях. Многочисленные комиссии по расследованию немецко-фашистских зверств оперировали понятием «советские люди» и крайне редко указывали национальность погибших.
С 1941 по 1945 годы нацисты уничтожили около 40 процентов цыганского населения Белоруссии, что по подсчетам исследователей составляет около 3000 человек. Но не исключено, что реальное количество жертв может быть большим.
Общее количество жертв геноцида цыган за годы Второй мировой войны составляет по разным оценкам от 200 000 до 1 000 000 человек.
Ирина БУТУРЛЯ.
Фото из архива Андрея ВОЛЧКА.
