Судьбы частновладельческих имений были разными. Некоторые владельцы имений, мечтавшие о восстановлении Речи Посполитой, примкнули к Наполеону во время его войн с Российской империей, приняли участие в восстаниях 1830-31 и 1863 годов.
После Наполеоновских войн на имения помещиков, воевавших на стороне Наполеона, был наложен секвестр. Среди этих помещиков был Людвик Пац, генерал Наполеоновской армии. Однако, в случае возвращения в Россию, имение возвращалось владельцу, что позволило Пацу в тот раз сохранить владения в собственности. В числе имений Паца было имение Жижма, в которое входили деревни Большие и Малые Князиковцы и Жижма. После восстания 1830-31 гг, в котором Пац принял участие, его имения были конфискованы и перешли в казну.
Липнишки, которыми владел Войцех Пусловский, должны были по разделу имущества между его сыновьями достаться Адаму-Титусу. Последний принял участие в восстании 1830-31 гг, бежал за границу и был причислен к первой категории преступников; его имущество подлежало конфискации. Тогда Войцех Пусловский, чтобы сохранить имение, лишил его наследства, но, как пишет Ипполит Корвин-Милевский, просил сыновей, чтобы они о брате-эммигранте не забыли. Липнишки и Геранены впоследствии были проданы, а вырученные от продажи средства, вероятно, пересланы Адаму-Титусу во Францию.
За участие в восстании 1830-31 гг. едва избежал конфискации имения Гавья Владислав Брахоцкий, т.к. был во время восстания несовершеннолетним. За помощь повстанцам во время восстания 1863 г. на его имение была наложена контрибуция, а он сам выслан в Пермскую губернию.
Случалось, что владельцы имений, залезая в долги, были не в состоянии их выплатить. В этом случае их имения подвергались эксдивизии – разделу землевладения неплатежеспособного должника между кредиторами пропорционально долгам. В результате эксдивизорских разделов случались ситуации, когда одна деревня оказывалась разделенной между несколькими владельцами. Так, например, в результате эксдивизии имения Самищи Игнатия Дмоховского (отца художника Винцента Дмоховского) в 1829 году небольшая деревня Самищи оказалась разделенной между пятью владельцами. В 1835-37 гг. эти части выкупил Аврелиан Дмоховский и включил в состав своего имения Бокшишки.
Аналогичная ситуация была и с деревней Доневичи из имения Лаздуны помещика Юзефа Володковича.
Имения могли изменяться при разделе наследства. Например, из вышеупомянутого имения Бокшишки по завещанию Аврелиана Дмоховского выделялось имение Лычковцы, которое переходило его жене Еве, а оставшуюся часть унаследовал племянник Болеслав.
После отмены крепостного права из имений исключались крестьянские наделы. Окончательно имения были упразднены в 1939 году после вхождения Западной Беларуси в состав СССР.
Что касается помещиков Ивьевщины, то люди это были самые разные. Одни, имея на Ивьевщине поместья, могли в них никогда не бывать, другие всю жизнь прожили в родном фольварке. Среди них были и государственные деятели, как, например, Томаш Умястовский, председатель главных судов литовских провинций, и Ипполит Корвин-Милевский, член по выборам от Виленской губернии Государственного Совета Российской империи.
Один из помещиков, Самуэль Волк-Ланевский при жизни «удостоился» быть увековеченным в поэме «Пан Тадеуш» великого поэта Адама Мицкевича: «pan Wołk z Ługomowicz… Iż był tyran dla chłopstwa, a sługa Moskali«.
Долго среди местных жителей ходили легенды о его жестокости. «Истинный бич божий для крестьянства», – охарактеризовал его ошмянский краевед Чеслав Янковский. При этом Волк был хорошим хозяином. Купив небольшое имение Якунь, а затем и Лугомовичи, он приумножил свое состояние, поставляя зерно русской армии. Затем он по частям выкупил у бывших кредиторов помещика Володковича разделенное эксдивизорским судом имение Лаздуны, купил небольшие имения Крылишки, Мяговичи, Шильвы, Корошеняты. Согласно ревизии 1834 года, на территории нынешнего Ивьевского района Самуэлю Волку принадлежало 2769 крепостных крестьян, а в 1850 – 3422.
Проявлял Волк и благотворительность: жертвовал крупные суммы на содержание бедных воспитанников конвикта при Слуцкой и Виленской гимназиях, на строительство новой каменной кальвинистской церкви в Слуцке.
В отличие от Волка, устных преданий о произволе владельца Малого Барова Иосифа Парфиановича и его сыновей в народе не сохранилось, зато они подробно описаны в деле Ошмянского уездного суда. Парфиановичи заставляли крестьян работать на барщине всю неделю, воровать дрова в соседних имениях, по поводу и без повода избивали крестьян.
Корсак, владелец имения Доржи (в это имение входила, в частности, деревня Сенкиняты), отлавливал и истязал крестьян соседнего имения Сурвилишки.
Среди помещиков встречались не только изуверы. Многие были весьма прогрессивными личностями. Владелец имения Гавья Владислав Брахоцкий боролся с пьянством среди крестьян, закрыв в своих имениях шинки. Был одним из основателей библиотеки в Новогрудке.
Последние владельцы имения Жемыславль Умястовские отдали усадьбу Виленскому университету под научную базу.
Яркой личностью был владелец Геранен Игнатий Корвин-Милевский – путешественник, коллекционер и меценат, который помогал молодым художникам, оплачивал их учебу. Прославился он также своими похождениями, подчас скандальными.
Татарское население Ивья с благодарностью чтит память Эльфриды Замойской, выделившую средства на постройку мечети.
Разными людьми были помещики Ивьевщины. О некоторых осталась память в народе, хорошая или дурная. Памятником рода Умястовских служит величественный костел св. Владислава в Суботниках, в крипте которого похоронены семеро представителей этого рода. О ком-то, из вершивших когда-то судьбы своих крестьян, не осталось ничего, кроме записей на страницах ревизских сказок…
Хотите читать актуальные новости Ивья и Ивьевского района первыми? Подписывайтесь на наш Телеграм-канал по ссылке https://t.me/ivyenews
Алексей Игнатович, краевед.
