В начале 80-х годов прошлого века творчеством белорусского писателя Вячеслава Адамчика заинтересовался режиссер Валерий Рыбарев. Добротная проза автора, тщательно выписанные коллизии жизни западнобелорусского местечка, драма, разыгравшаяся здесь — все это просто просилось на экран. Сюжетные линии двух романов писателя — «Чужая бацькаўшчына» и «Год нулявы» — были объединены в сценарии будущей картины. На киностудии «Беларусьфильм» приступили к съемкам фильма. Действие ленты происходило в 30-е годы ХХ века, и перед создателями фильма возник вопрос, где снимать сцены вне студийных павильонов? Подходящая площадка вскоре была найдена. Наш город превратился в западнобелорусское местечко полувековой давности.
Произошло настоящее чудо — смотришь фильм и отчетливо понимаешь, что именно так Ивье выглядело в неторопливые 30-е. Улочки с характерными для той эпохи домами, старые вывески, кафе и магазины, перемещение грузов с помощью конной тяги… На экране — реальная жизнь наших отцов и дедов, давно ушедшее прошлое. Ощущение документальности — полное. Не зря же на различных кинофестивалях была отмечена работа оператора и художника-постановщика.
Многие ивьевчане и сегодня живо вспоминают, как проходили съемки, как по улицам города сновали киношники, как здесь можно было столкнуться с популярными актерами. Жители Ивья с интересом наблюдали, как делается кино, некоторые принимали участие в массовках. Отдельные сцены картины, кстати, снимались не только на улицах города, но и в старых ивьевских помещениях. Манера режиссера Валерия Рыбарева — своеобразная. Он очень внимателен к вроде бы незначительным подробностям, которые необычным образом расцвечивают тот или иной эпизод. Вот как эта режиссерская манера обозначена в Википедии:
«Такие… художественные, фильмы Валерия Рыбарева, как «Живой срез» (1978), «Чужая вотчина» (1982) и «Свидетель» (1985) стали классикой не только белорусского кинематографа, но и на равных с фильмами Алексея Германа и Альгимантаса Пуйпы обозначили целое направление в советском киноискусстве. Это направление называли сверхреализмом или гиперреализмом. Оно характеризовалось особым вниманием к реалиям времени, возведением в ранг художественной значимости самых, казалось бы, маловажных деталей».
Фильм «Чужая вотчина» достаточно сложен для восприятия, однако его не обошла вниманием серьезная критика. В газетных и журнальных статьях отмечалась слаженная работа всей съемочной группы, те или иные находки при создании ленты. Интересно, что следующая режиссерская работа Валерия Рыбарева — картина «Меня зовут Арлекино» — стала очень популярной в Советском Союзе. За первые 15 месяцев проката в СССР ее посмотрели почти 42 миллиона зрителей.
В «Чужой вотчине» нельзя не отметить профессиональное мастерство актеров: Стефании Станюты, Олега Федорова, Ольги Белявской, Стасиса Петронайтиса и других. Особенно ярким оказался образ главного героя фильма, созданный популярным белорусским актером Владимиром Гостюхиным. В начале 90-х В. Рыбарев задумал снять продолжение «Чужой вотчины» по роману Вячеслава Адамчика «Голас крыві брата твайго», однако в то время кинематограф на всей территории бывшего Советского Союза переживал не самые лучшие времена. Идея так и не получила своего экранного воплощения, а жаль. О некоторых моментах жизни белорусского местечка можно было бы в тот период рассказать гораздо более откровенно, чем в 80-е годы.
С момента выхода на большой экран фильма «Чужая вотчина» прошло тридцать пять лет. Картина белорусского режиссера по праву может считаться своеобразной кинематографической визитной карточкой нашего города.
Ю. КОМЯГИН.
На снимках:
кадры из фильма «Чужая вотчина», снятые в Ивье.
